Представленные здесь тексты по жанру близки к памфлету. Все они вошли в мою книгу "Прутковиана", опубликованную в 2010 году, поэтому текстуально и сюжетно отчасти связаны с той книгой.  

Читателю неукоснительно следует иметь в виду:

все тексты "Прутковианы" либо навеяны духом прапрадеда моего Козьмы Петровича Пруткова, либо, непосредственно прямо с того света, переданы им мне, его духоприказчику в литературном процессе нашего Отечества.

СПИСОК РАЗДЕЛА

1. Памятник Неизвестному Покупателю

2. Национальная идея

3. Расколхозивание, или Родимые пятна социализма

4. Компромат на наше будущее

 

1. Памятник Неизвестному Покупателю

Во всех странах имеются памятники Неизвестному Солдату или что-нибудь аналогичное (например, Ветеранам, Инвалидам и т.п.).

Они символизируют чью-то воинскую доблесть, патриотизм, самоотверженность, а также память живущих обо всём этом.

И так в каждой стране: какой-то парень, поубивавший немало таких же парней  в других странах, и сам, возможно, когда-то где-то кем-то убитый (это, как раз, точно неизвестно, что и отражено в названии памятника), стоит теперь, окаменев, на постаменте славы. 

Однако, после ухода в историческую тень индустриально-милитаристской эпохи, теперь повсеместно утверждается иное – постиндустриальное, информационно-потребительское состояние цивилизации и, соответственно, возникло новое состояние умственное, душевное и экономическое во всём божьем  мире, ищущее ответов на главные вопросы (и успешно на них отвечающее):

 

Что, где, почём?

Как заработать, чтобы всё купить?

Как половчее что-то ещё сделать, чтобы повыгоднее продать?

 

Такова глубоко миролюбивая философия новейшего времени и нашего земного жития-бытия. Новые войны никому не нужны, милитаристские поветрия, идеи, планы уже не обсуждают на школьных уроках, студенческих семинарах, кухонных коллоквиумах[1]... Все хотят благоденствия, благосостояния, все сейчас хотят не воевать, а что-то продать, что-то купить, что-то делать такое, чтобы можно было непрерывно продавать-покупать.

К памятникам неизвестным солдатам по доброй воле мало кто ходит, разве что те, кто и сам когда-то повоевал. Но таких уже немного и становится все меньше, многие же бывают приводимы сюда по разным соображениям, не всегда понятным даже тем, приводящим других (обычно они это делают по должности, что, как известно, не предполагает понимания и не обязывает к оному).

Следовательно, разумно было бы подумать об альтернативе этому всё более чуднó выглядящему обычаю. Ведь не новую же большую войну затевать – чтобы обычай этот снова обрёл прежний свой высокий смысл и пафос!

И вот уже кое-где возникли движения, ассоциации, сообщества, партии, предлагающие отойти  от обычая установки, сохранения и почитания таких памятников, но, опираясь на дух той монументалистской традиции, перейти к практике установки, сохранения и почитания памятников Неизвестному Покупателю.

Ведь, если вдуматься, в этом образе-символе тоже немало истинного героизма, упорства, самоотверженности, не говоря уже об интеллекте, профессионализме, пафосе… И чтó при этом особенно важно:  все мы – от малолетних любителей леденцов и мороженого, до любителей яхт, самолетов, футбольных клубов, транснациональных компаний, островов и т.д. – покупатели. Это, несомненно, самое массовое из всех человеческих занятий и ныне – самое почётное.

Во все эпохи, в разных странах, при разных политических режимах человеку, чтобы стать покупателем, приходилось всегда затратить немалые усилия – физические, интеллектуальные, трудовые, духовные. Сколько физической энергии, мысли, нервов, энтузиазма и множества других ресурсов человеческой жизни затрачивается на совершение покупок, сколько при этом проявляется риска, героизма, истинного творчества! А сколько и (каких!) искусство совершать покупки подчас требует жертв, число которых (в силу его глобальной массовости) соизмеримо с таковым в самых больших войнах. Скольких оно покалечило, убило, полностью или частично лишило денег, а нередко  – и рассудка!

Будучи надлежащим образом сконструированы, построены и оборудованы, такие памятники станут центрами воспитания и развития молодого поколения не в духе смертоубийственного милитаризма, но в духе бескровной борьбы, прежде всего, за денежные знаки – материальную основу, можно сказать инструментарий и боевой арсенал этого искусства. Более того, на основе такого Движения может быть построен современный постмодернистский философский экзистенциальный подход к великому Акту Совершения Покупки (Товара или Услуги).

Те, кто особенно глубоко, с искренним человеческим волнением воспринимает эту весьма актуальную идею, предлагают даже оборудовать такие памятники Вечным Огнём. Здесь, однако, мнения разделяются: пуристы этой идеи полагают, что следует и далее полагаться исключительно на тот внутренний немеркнущий огонь, который веками пылает в наших сердцах – сердцах верных и истинных служителей этого искусства.

Думается, что следовало бы провести международный (хотя бы в рамках ЮНЕСКО) референдум по этой проблеме и выделить на её практическое решение средства из бюджета ООН.

Вот некоторые конкретные шаги по реализации данного проекта.

Поскольку приоритет предложения принадлежит  нашему отечеству (через дух моей личности, всегда и неизменно считающей себя российской подданной), необходимо максимально использовать этот факт для улучшения имиджа России в глазах остального мира, особенно Запада, который постоянно забывает, от скольких бед мы его спасли[2]. Сим новым проектом мы напомним всему миру, что мы – по-прежнему впереди планеты всей в любой борьбе за светлое будущее. И мы должны немедленно создать международный народный фронт для борьбы за воплощение настоящего Проекта. 

 

Все на фронт

борьбы за повсеместное построение

Памятников Неизвестному Покупателю!

 

– вот наш девиз боевой на сегодня.

К счастью для передового человечества, наше  отечество располагает всемирно известным уникальным монументальным скульптором, способным качественно и в срок изготовить и установить за свой счёт любое необходимое количество таких монументов – сначала в столицах G8, а затем G9, G10 до G20 и далее, по мере глобализации нашего мира.

А на нашей внутренней арене этого Движения мы должны установить такие монументы, как памятник русскому Первопокупателю (Покупателю I), а также величайшим собирателям, продавцам и покупателям земель русских, недвижимости, парламентских фракций, яхт, спортивных клубов, заводов, СМИ, пароходов и судов различных инстанций.



[1] Во всяком случае, так можно сказать о  больших войнах и хорошо развитых странах. Лишь некоторые малые или слаборазвитые страны, как и прежде, с войнами связывают надежды на светлое будущее своё и всего человечества. (- Прим. КПП).

 [2] Начиная от татарско-монгольского ига и кончая социалистическим экспериментом, этим беспрецедентным посягательством на право человека быть  свободным Покупателем. (– Прим. духа К.П. Пруткова).

2. О национальной идее

Задача вырабатывания и обретения таковой (обретение – это особый процесс с некоторым естественным запаздыванием относительно вырабатывания и первоначального применения ) стала настоятельной вследствие безвременной кончины предыдущей идеи, когда-то сначала примазавшейся к своей предшественнице (великой русской идее) а потом нагло её ассимилировавшей.

В искомой новейшей идее непременно должны быть учтены:

      1.            Смыслы и задумки прежних наших (чисто русских и русско-советских) идей, их позитивные и прогрессивные моменты (и устранены, если имеются, негативные), а также всё лучшее из национальных идей других развитых и передовых в каких-то смыслах стран.

      2.            Она должна быть предельно ясной, немногословной и понятной как можно более широкому кругу наших соотечественников и должна звучать как призыв, или, ещё лучше – как команда.

Перебирая мировые (в том числе и наши, отечественные) достижения в этой сфере (вырабатывания национальных идей и пользования ими), мы видим удивительный конгломерат словосочетаний, в разной мере неудобьглаголемых, туманных, и почти всегда малоэффективных, а то и бесполезных в качестве «государственно-образующего императива и, в то же время – инструмента»  (как теперь пишут в соответствующих официальных докуметах).

Вот тебе, читатель, далеко не полный ассортимент образчиков национальных идей, а также мотивов и лозунгов, используемых  для их конструирования. Взгляни на них и сам рассуди, чего они стоят по сравнению с тем, что я тебе предлагаю как максимально адекватное не только текущему моменту нашей истории, но и на все её будущие времена.

 Мессианство и территориальная экспансия.

PaxRomana. PaxAmerica.

Третий Рим прямо в Москве.

Панславизм и панправославие.

Следование идеям Чучхе.

Культурные революции, культуртрегерство.

Свобода! Равенство! Братство!

Сбережение человека.

Народность. Православие. Самодержавие.

Пролетарский интернационализм.

¡No pasarán!

Даешь мировую революцию!

Вперед – к победе коммунизма!

Deutschland, Deutschland über alles!

Drang Nach Osten!

Рынок всё расставит по местам.

 

Я слышал, у вас там учреждена специальная «Комиссия по выработке и обретению национальной идеи». Плодом её изысканий стала, по разным слухам (официальных коммюнике об этом мне не поступало) идея демократии. Идея довольно древняя, но Комиссия, говорят, в настоящий момент переосмысливает тот, древний её контент, и рассматривает два рабочих варианта: «Управляемая демократия» и «Суверенная демократия». Да ведь тут и рассматривать нечего! Их, очевидно, можно объединить в одну – «Сумеречная вертикальная демократия», что, однако, в качестве нашей национальной идеи тоже выглядит недостаточно убедительно.

 

Тут у нас некоторые подбрасывают (туда к вам) одну национальную идейку, вообще, неплохую, весьма в постиндустриальном духе, но всё же недостаточно всеобъемлющую и несколько космополитичную (от неё так и отдаёт непервой свежести идеей коммунизма): 

«Впередк бездефицитному  ибесплатному шопингу

Прогрессивная компонента у этого призыва, конечно, налицо, и она мною, несомненно, будет использована там, где она более уместна, но от идеи национальнейшей требуется, чтобы она звала, чтобы она вела, но и не уводила к каким-то там зияющим вершинам.

Видит Бог, я помыслил и помучился немало в размышлениях, пока не убедился, во-первых, что я должен принять в решении этого вопроса активное и  конструктивное участие, а не быть просто собирателем идей русских, и, во-вторых, что ничего лучшего мы не найдём даже вместе, а потому я смело выдвигаю свою личную национальную идею. Думается, что вдумчивый мой читатель уже догадывается, про себя: идея эта уже неоднократно мною высказана и, по сути, известна широкому читателю ещё по самым первым публикациям моих «Плодов размышления».

Итак, полная формулировка предлагаемой мною нашей общенациональной идеи такова:

 

БДИ!

 

Напоминаю, что уже на первых порах  моего пребывания тут, в мире духов, я указывал: «Это, по-видимому очень коротенькое, слово имеет значение весьма глубокое. Сознательно или инстинктивно, но всякая тварь понимает смысл сего, слишком, быть может, коротенького слова».  И, далее: «Дознано, что ежели бы это слово никогда и никем не забывалось, то вскоре на всём земном шаре не отыскалось бы достаточно свободного места».

Из этого последнего положения непреложно следует, что ежели бы оно и прежде было нашей национальной идеей, мы не только не сделались бы однажды 1/7 суши вместо законной 1/6, но и постепенно стали бы всею сушею, имеющейся на Земле. Вот какова, читатель, скрытая мощь этого простого, с виду, русского слова. Всем своим содержанием и формой, подобно молнии и грому, оно взывает к уму, чести и совести как каждого отдельно взятого россиянина, так и любой их корпорации (фирма, парламент, конфессия, партия и правительство, общество потребителей и т.д.). Ибо истинная бдительность есть не что иное, как гармоничное сочетание всех трёх вышеуказанных благородных признаков человека. 

И, наконец, благодаря лапидарности и конкретности идеи, сформулированной  в таком виде, она  легко (в отличие, скажем, от государственного гимна)  заучивается наизусть и надолго запоминается, её невозможно переиначить (чем иногда балуются неблагонамеренные шутники в отношении нашего гимна).

Есть в мире много таких, кто любит нас, россиян, но, несмотря на это, мы должны быть несгибаемо бдительны!

 

 

 

 

3. Расколхозивание, или Родимые пятна социализма

 

Намереваясь перейти  в фермеры, старый колхозник Сидоров пожелал, чтобы возместили ему (в рамках реституции), прежде всего, движимое имущество его родителей (ныне давно покойных), состоявшее из козы.

(Здесь нет никакой аллюзии с, например, лошадью Пржевальского, или бациллой Коха, вертолётом Сикорского и т.д., просто совпадение реальностей − Сидоров и его коза ).

Злосчастная коза, когда-то единственная частная собственность его прямых предков, признанных из-за неё кулаками, была в ту великую эпоху национализирована, а теперь очень бы пригодилась: колхозник Сидоров планировал заняться, по семейной традиции, животноводством с акцентом на разведение коз. Ибо коза – животное весьма плодотворное, пригодное для производства вкусного и лечебного козьего молока, довольно ценной козьей же шерсти и, наконец, рога и копыта тоже могут быть ценным сырьём при современных безотходных технологиях.

Далее, естественно, он требовал свой земельный пай, а к нему – часть пруда, вдающуюся в его земельный участок, вместе с рыбой и лягушками, которые проживают в этой части пруда. Потом – часть реки, протекающей по его участку, столб атмосферы над участком, включая проплывающие над ним облака – хотя бы на время их проплывания. Он знал, что за полив собственного луга и огорода ему придётся платить немалые деньги, а тут хоть иногда будет на них выпадать собственный, необлагаемый налогами дождь.

Мужички, решившие оставаться пока что в родном сельхозкооперативе, поддержали все его  требования в полном объёме, и лишь одно несколько урезали – по соображениям международных отношений. Столб земной тверди под его участком (на это он тоже претендовал) ограничили земной мантией, дабы ненароком не затронуть законных интересов чилийских антиподов их колхоза.

 

4. Компромат на наше будущее

По страницам будущих учебников истории

Известна простая технология переписывания прошлого: историограф, следуя властному велению сердца (не обязательно своего), переосмысливает известные факты или обнаруживает кем-то всегда припасенные новые и обобщает их в соответствии с велением. В нашей Академии Тоталитарных Исследований перед бессердечным компьютерным историографом была поставлена иная задача: в общих чертах дать картину того, что будет написано в учебниках нашей истории в XXI веке до того, как ее начнут снова переписывать.

Ниже приведен полный текст распечатки, выданной компьютером в результате решения этой задачи. Читателю следует обратить внимание на некоторые принципиальные отличия научного видения картины от художественного, представленного недавно публике программой НТВ.

 

КОМПРОМАТ НА БУДУЩЕЕ.

Как и во все времена, в первые годы ХХ1-го века Россия продолжала идти своим собственным путем. Лучшие сыны и отцы  нации очень хотели как лучше, поэтому в стране было, наконец, установлено народовластие –  демо-коммуняческий строй на двухпартийной основе.

Правящая Партия справедливых мракобесов (большевиков) – ПСМ(б) – образовалась на базе КПРФ, расколовшейся было перед президентскими выборами, но тут же  укрепившейся за счет перебежчиков от В. Тюлькина и Н. Андреевой. Основной оппозиционной силой стала коалиция из Партии прогрессивных киллеров - ППК - и Партии любителей мюнхенского пива (лавочников) - ПЛМП(л).

Президент – самый справедливый мракобес – учитывая горький опыт демократов, рубанувших сплеча, стал очень постепенно менять курс реформ, опираясь на всепобеждающее учение основоположников (см. известный "Краткий курс"). Новый курс тоже оказался кратким: постепенно сократился, а потом и прекратился импорт, постепенно фермеры явились с повинной в родные колхозы, а колхозники стали опять по командам из Кремля пахать, сеять, вносить удобрения и убирать урожай с минимальными потерями. В этом им, как и прежде, помогали инженеры, студенты, ученые, школьники и другие слои мирного населения. Естественно, что местами начался голод, зато на Кавказа стало спокойно – чеченцев приняла на очередное перевоспитание братская Калмыкия. Многие опять почувствовали себя единой крепкой семьей – в очередях, в коммуналках, на политинформациях. Те, кто не почувствовал, побежали через мутновато-прозрачные границы к дальним родственникам в ближнее зарубежье. На границах начались вооруженные столкновения, переходящие в военные действия.

В этой обстановке Президент, рассчитывая получить мандат на чрезвычайные меры, назначил на ближайший декабрь досрочные перевыборы себя.

Не желая участвовать в позоре безальтернативщины, гордый Жириновский бежал через южную границу куда-то в сторону Индийского океана. Женщины России бросились на грудь к осиротевшей Н. Андреевой, чтобы вместе не поступаться принципами до конца. Путавшихся у всех под ногами державников мракобесы к тому времени уже отправили спецпароходом на Запад. Совсем растерялись демократы: порознь их оставалось все еще много, а вместе – мало; блокироваться же со старыми мракобесами или новыми лавочниками – как-то неприлично и боязно. На высоком идейно-политическом уровне провела предвыборную кампанию коалиция ППК/ПЛМП(л). По результатам опросов общественного мнения киллеры производили отстрел соответствующего процента враждебного электората, а лавочники поили бесплатной водкой сочувствующих.

В результате, при голосовании почти во все бюллетени была вписана фамилия лидера оппозиции. Это означало, что бюллетени испорчены, и Центризбирком не стал фальсифицировать итоги, а просто объявил выборы не состоявшимися. Президент при этом получал возможность ввести чрезвычайное положение, но, опираясь на фактическое волеизъявление народа, оппозиция в ночь на 25 декабря осуществила штурм зимнего Кремля, о чем когда-то мечтали в Белом Доме Руцкой с Хасбулатовым. 

Так рухнула в России еще одна антинародная, как оказалось, власть. Ее функционеры сразу отправились по ленинско-сталинским местам: одни в Лондон, Цюрих, Лозанну – поближе к деньгам партии-матери, другие – далеко за Урал, продолжать труды самых первых декабристов. Либеральные демократы получили приказ своего лидера (к тому времени он осел в Ираке и – по стратегическим соображениям – перешел в мусульманскую веру): ассимилировать, что им и было позволено – с учетом особых заслуг в становлении демократии в России.

Новая власть не оставила без отеческой заботы и других ветеранов былого разгула демократии. Для аграрников был учрежден Аграрный автономный колхоз – как раз напротив Биробиджана, на бескрайних просторах целинных земель вдоль 75-го градуса северной широты. Земля была выделена им в вечное пользование с обязанностью передачи по наследству, но без права продажи, сдачи в аренду и выезда за пределы.  Наконец, смогли объединиться все уцелевшие демократы:  еще при мракобесах начались работы по реставрации ГУЛАГ'а, и новая власть, не чуждая идеям преемственности, выделила им несколько уютных бараков к югу от Магадана. Но и там, однако, не обнаружили Явлинского. Он куда-то исчез сразу после назначения даты выборов. Как выяснилось, за это время он создал еще несколько программ на разные случаи своей политической жизни. Одна из них, действительно, неплохо вписалась в новый порядок и, поскольку новые власти нуждались в грамотных экономистах, Явлинскому дали Министерство пропагандистской экономики, называемое в народе Министерством чубайсных ваучеров.

И Россия снова зашагала своим путем – семимильными аршинами в светлое будущее всего остального человечества.

 28.06.2006